12717158_1011931502215170_4233021993402528197_n
Пост-релиз по итогам III Международного Форума «Контуры Евразии: теория и практика развития региона»

26-27 июня 2017 года в Саратове, на площадке Саратовского государственного университета им. Н.Г. Чернышевского, состоялся III Международный форум «Контуры Евразии: теория и практика развития региона» c участием представителей научного и экспертного сообщества государств-участников Евразийского экономического союза, а также Таджикистана, Молдовы, Турции и Ирана.



SOS в Южно-Китайском море


    Во вьетнамском Дананге существует уникальный музей спорных территорий в Южно-Китайском море /ff7f7d4436jpg

    Я посетил множество музеев с политическим акцентом. Но именно этот, под названием «Музей Парасельских островов» (The Museum of Paracel Islands), находящийся во вьетнамском городе Дананг – с особенным интересом. Не только потому, что у него прекрасно подобранная, трехэтажная экспозиция, а еще и по той причине, что сама эта тема является ключевой для безопасности Юго-Восточной Азии и всего мира.

    Ведь если теперь маятник истории мира качнулся в сторону Востока – в частности, по мнению руководства России, – то теперь именно он будет задавать ей ход. И определять, будет ли это мир уже в другом смысле этого слова, в смысле «стабильность» – или это будет война. Так как нерешенность проблемы принадлежности огромного количества островов в Южно-Китайском море автоматически программирует, ежедневно провоцирует нестабильность.

    Да и сама аббревиатура названия «Южно-Китайское море» – SCS (South China Sea) – что-то уж слишком напоминает морской сигнал опасности: SOS. Достаточно просто соединить концы у литеры «С». Кстати, напомню, что вьетнамцы называют ту же самую акваторию Восточным морем.

    Если вкратце, то проблема Южно-Китайского моря состоит в следующем. На берегах этого важнейшего транспортного коридора расположено несколько государств Юго-Восточной Азии, которые, по всем морским, историческим, да и просто человеческим меркам, имеют право претендовать на соответствующие части групп суши посреди воды: Парасельских островов (Хоанг Ша, по-вьетнамски) и архипелага Спратли (Чыонг Ша, соответственно). К этим государствам относятся: Китай, Вьетнам, Филиппины, Малайзия, Бруней и др. Но в последнее время Китай пошёл на то, чтобы ввести все эти десятки островов в свой круг интересов, с тем, чтобы закрыть вопрос навсегда. Но вопрос, к сожалению, никак закрываться не хочет, и все это чувствуют.

    Поэтому если между региональными странами не будет найден по данному поводу надёжный консенсус – в двустороннем или многостороннем формате, а также с подписанием юридического Кодекса поведения сторон, – этот ключевой регион мира будет всерьёз дестабилизирован. Вплоть до угрозы войны, нравится это кому-то или нет. И Китай должен это понимать первым, как никто другой, так как безопасность в огромном регионе Юго-Восточной Азии – это главное, что необходимо сохранить, иначе не будет ничего, включая рост экономики и подсчёта всяких там цифр товарооборота. То есть, без правильной, взвешенной политики никакой экономики здесь не будет вообще.

    И даже в тот момент, когда я находился в Дананге, в этом музее, находящемся прямо на берегу Южно-Китайского моря – то чуть дальше, где-то там за горизонтом, в зоне спорных островов американский авианосец «Рональд Рейган» был окружен пятью китайскими военными судами. Это далеко не первый инцидент такого рода и, безусловно, не последний. Считаю, что США выгодно добиться того, чтобы Китай сам загнал себя в тупик, перессорившись по поводу островов со всеми своими соседями. США выгодно довести Китай до военного столкновения в том или ином формате, чтобы потом усилить свой общий контроль над всем стратегическим регионом.

    Но вернемся к музею. Меня как российского эксперта, профессионально занимающегося проблемами спорных территорий (Карабах и т.п.), а также принимающего регулярное участие в московских конференциях по ЮКМ, прежде всего, заинтересовал один вопрос: а знают ли устроители этой экспозиции о наших конференциях? Я не увидел на этот счет ни одного стенда на стенах, ни одного упоминания, хотя на наших мероприятиях участники в целом, и я лично, давали много практических рекомендаций по развязыванию этого морского узла.

    Сотрудники музея с большим интересом отнеслись к моей информации. Поэтому надеюсь, что уже в ближайшее время экспозиция будет дополнена новыми тематическими материалами. Не исключаю и того, что мы проведём очередную конференцию прямо в самом музее. Возле вот этого внушительного пограничного бетонного столба, с остро заточенным четырёхгранным верхом, который был поставлен на островах еще французской администрацией, когда-то управлявшей Вьетнамом, и символизировавшего вьетнамский суверенитет над ними.

    На всех этажах музея вьетнамская сторона доказывает, с фактическим, историческим материалом на руках, какие острова конкретно и почему именно принадлежат ей. Сами документы, собранные на протяжении всех веков, также не вызывают сомнений, – они подлинные, со всеми нужными печатями, в том числе традиционными восточными: красными с иероглифами.

    Главная проблема не в этом. А в том, что весь огромный корпус вековых доказательств, находящихся на руках у заинтересованных сторон, к сожалению, никак не продвигает вперёд практическое решение проблемы и, соответственно, не снижает напряжение в ЮКМ.

    Для меня это как раз знакомо, тот же самый путь исторических доказательств не работает везде, где есть территориальный конфликт. То есть, сами по себе документы не сдвигают спор с места, какими бы мощными, небьющимися они ни были. Проблему – если не рассматривать чисто военный сценарий, в котором проиграют все – решают только оригинальные политические решения. Но, видимо, их пока нет, а рекомендации с московских конференций по ЮКМ, как я уже сказал, сюда, на другой конец земли ещё не долетели.

    Позиция Москвы важна еще и потому, что усиленная в последнее время РФ, получившая большой миротворческий опыт в разрешении чудовищно трудных проблем (в Сирии, например), могла бы сказать свое веское слово и здесь. Если она собирается работать на Востоке, в Азии по-настоящему, как минимум на столетие вперед. Ведь без создания гарантий безопасности этому региону о его лидерстве в мировой политике мечтать уже не придётся. А проблема ЮКМ – основа таких проблем. Если она будет решена, то будет получен неоценимый политический опыт, а мирный фундамент всего Азиатско-Тихоокеанского региона станет на порядок прочнее.

    А пока что даже я не смог посетить хотя бы какой-то остров внутри чудесных архипелагов, так как именно безопасность мне гарантировать не могли. Ехать туда сегодня слишком опасно. Поэтому хотелось бы видеть всю эту территорию огромным раем для отдыха и мирного, как говорится, труда, а не полем для будущей островной войны.

    Интересно, что в прогнозе погоды на вьетнамском телевидении всегда, после перечисления провинций страны, следуют две зоны в ЮКМ, которые Ханой считает своими. Красивые вьетнамские девушки-синоптики красиво показывают руками на Хоанг Ша и Чыонг Ша, где, кажется, всегда тепло и нет никаких проблем, за исключением изредка приходящих природных тайфунов. После которых, как мне сказали на выставке вьетнамской сельскохозяйственной продукции в Ханое, – вьетнамские фрукты становятся еще вкуснее.

    Считаю, что для разрешения конфликта в ЮКМ имеются и другие инструменты, которые задействованы еще не в полной мере. И об этом сказал в интервью вьетнамским журналистам. Мы зачастую забываем, что и Социалистическая Республика Вьетнам (СРВ), и Китайская Народная Республика (КНР) являются народными, в своей основе, государствами. Поэтому компартии обеих стран должны приложить еще большие усилия для устранения проблемы. В противном случае их постараются столкнуть всерьез. И такие примеры совместного разрешения спорных вопросов уже в их истории есть, когда были сняты аналогичные взаимные претензии в Тонкинском заливе.

    На островах – прекрасная природа, и соответствующие предметы экспозиции иллюстрируют это бесконечно. И даже островные акулы, с их метровыми челюстями, выглядят спокойными, мирными, добрыми рыбами, по сравнению с теми проблемами, в которых они там плавают вплоть до настоящего дня.

    Итак, уточним еще раз. Оптимальным путем разрешения проблемы принадлежности островов и ухода от возможной будущей войны стала бы активизация переговорного процесса в регионе, с участием такого авторитетного миротворца как Россия. Другими словами, именно государства региона сами должны решить свои проблемы. Но времени для этого остается все меньше.

    В противном случае, решит кто-то за них, но не в их пользу и не в их интересах. Кстати, все чаще звучат, в том числе со стороны Запада, сомнения в реальной военной силе КНР. Это опять говорит о том, что рано или поздно Китай попытаются вытащить на войну, как бы в тестовом режиме. Поэтому его единственной защитой могут являться только его добрые соседи. Но появиться они могут только тогда, когда основные проблемы взаимодействия будут сняты.

    Григорий Трофимчук – председатель Экспертного совета Фонда поддержки научных исследований «Мастерская евразийских идей», специально для ИА «Реалист»

    http://realtribune.ru/news/world/2879?fbclid=IwAR2t5a..

    Вот вам Вьетнам


      20191002_105008Потенциал современного Вьетнама становится важной частью геополитического усиления Востока /

      Думаю, это была совсем не случайность. Подготовка и проведение заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай», на тему «Заря Востока и мировое политическое устройство», совпало с моей поездкой во Вьетнам. Страну, которая становится одной из самых ярких восточных «звёзд» – тем более в Юго-Восточной Азии, ключевой части Азиатско-Тихоокеанского региона.

      Выступая на этом заседании, президент России Владимир Путин указал на то, что именно Восток, Азия, определяют теперь глобальное экономическое и политическое развитие, в отличие от Запада, который постепенно утрачивает своё лидерство в мире.

      И видимо, опять же совсем не случайно, на моей встрече с журналистами ведущих СМИ Вьетнама – в самом центре Ханоя, на открытой веранде прямо над легендарным Озером Возвращённого меча (Хоанкьем) – мне как представителю России были заданы вопросы не только о резервах российско-вьетнамского усиления, но и в более широком контексте. О том, как Россия планирует развивать с Вьетнамом и соседними странами Азии военно-техническое сотрудничество, как она видит дальнейшее расширение своего участия в делах этой части света.

      И наконец, готова ли Москва способствовать решению проблем региона, в том числе наиболее острых: территориальных, без которых он не может развиваться в полной мере и отвечать на вызовы времени. Ведь если не будет найдено приемлемое для всех заинтересованных сторон решение такого, например, сложнейшего, многостороннего вопроса как ситуация в Южно-Китайском море, какая-то внешняя сила может воспользоваться всем комплексом взаимных претензий и недоговорённостей – и безусловно, найдёт способ дестабилизировать Восток, столкнув его с пути нового исторического подъёма. Но об этом я потом расскажу подробнее.

      Для нас очень важно, что во всех этих процессах Ханой видит и признаёт ведущую роль России – от экономики и политики до номенклатуры продажи современного оружия. Поэтому России не остаётся ничего другого, как увязать все эти вопросы в единый комплекс, усилив своё присутствие в делах Востока, Азии в целом.

      Моей задачей было посмотреть на современный Вьетнам другими глазами и даже постараться понять, каким он будет завтра. Ведь скорость развития этой страны настолько высока, что мы, глядя из России, не всегда оцениваем её точно.

      К сожалению, надо ответственно и прямо сказать, что в массовом сознании наших российских граждан образ Вьетнама до сих пор плотно связан с чёрно-белой кинохроникой, темой Вьетнамской войны, которая закончилась, как говорится, «сто лет назад», а также с вьетнамскими торговцами 90-х гг., которые активно работали на российских рынках.

      С такими знаниями о стране, нам будет сложно спланировать свою стратегию в огромном регионе, географически охватывающем Вьетнам, не говоря уже о самих двусторонних российско-вьетнамских отношениях. Поэтому о прошлой войне, в дискурсе о Вьетнаме, нам придётся говорить как можно меньше. И прежде всего потому, чтобы не пропустить, не просмотреть уже заметные угрозы новых войн.

      Но даже если и вспомнить о той войне, то ведь и на неё можно взглянуть по-другому. У нас в России мало кто знает, например, что собой представляет сегодня резиденция бывшего президента Южного Вьетнама, главы сайгонского режима, который бежал из этого дворца в 1975 году, накануне штурма со стороны Северного Вьетнама. Вся обстановка этого Дворца независимости – от интерьера до экстерьера – сохранена полностью. Это просто сказка, всё это надо осматривать не на бегу, а максимально подробно, несколько дней. Вот здесь сидели Никсон и Киссинджер, разговаривая с лидерами стремительно проигрывающего режима, а вот здесь, на этом самом стильном, для середины 70-х гг. прошлого века, гарнитуре спала «первая леди» Южного Вьетнама. А вот сюда, на крышу дворца с двумя очерченными, теперь уже, большими кругами, в начале апреля 1975 упали бомбы с самолёта, управляемого вьетнамским патриотом.

      Надо заметить, что скромная обстановка домика основателя народного Вьетнама президента Хо Ши Мина в Ханое – который совсем немного не дожил до полной победы своей страны и взятия Сайгона, но свято в это верил, и об этом писал – резко отличается от дизайна гарнитуров сбежавшего президента Южного Вьетнама Нгуен Ван Тхьеу. Великие идеи рождаются только в простой обстановке. Не помог Сайгону современный дизайн. Но ничего, теперь Вьетнам способен делать всё, причём на самом высоком технологическом уровне.

      Надо сказать, что на мои заметки и фотографии о Вьетнаме, которые я оперативно, по мере продвижения по стране, размещал в социальных сетях, с большим интересом реагировали россияне. Они – и это было видно по всему – увидели для себя не просто новый Вьетнам, а кажется, открыли огромную сферу, фактически, планету, о существовании которой до этого не догадывались. Достаточно привести лишь некоторые, наиболее характерные цитаты наблюдателей за моим путешествием по Вьетнаму, который я проехал полностью, с севера на юг, чтобы составить наиболее полное впечатление о людях и о стране:

      «Всегда думал, что Сайгон – это аул какой-то»…

      «А вы точно были во Вьетнаме? Это точно Вьетнам?»…

      «Я вам завидую. Так держать! Внимательно читаю всё про Вьетнам»…

      «Какие прекрасные лица!»…

      «Какие чудесные детишки. Просто «лапочки!»…

      «Как много девушек хороших»…

      «Девушки – красавицы. Мы даже не знали, как они выглядят. Теперь увидели»…

      «Очень рада увидеть живых, настоящих людей из Вьетнама. Смотрю с интересом»…

      «Это не просто удачная фотография! Это «бомба»! Я просто уже еду во Вьетнам однозначно!»…

      «Нет, серьёзно, я «загорелся» поехать во Вьетнам, благодаря вам и вашим сообщениям, а жена пока ни в какую: там якобы комары и прочая нечисть. Есть там нечисть?»

      Ну и наконец, главное, что и должно было последовать в итоге, к чему я, собственно, и стремился, подавая вьетнамскую тему так, как считал нужным: «Какое хорошее впечатление о стране сложилось, благодаря Вашим рассказам. Спасибо за прекрасную фотоэкскурсию!»

      Уверен, что этот социально-общественный срез будет интересен и для ведущих информационных, новостных агентств Вьетнама. Которые понимают, что для широкой популяризации страны в новых геополитических условиях надо подавать её россиянам по-другому, с более высокой эффективностью.

      Одних только стандартных туристических впечатлений или научных монографий о далёкой истории Вьетнама здесь уже явно недостаточно. Пришло время рассказать о современном Вьетнаме другим языком: просто, ясно и интересно. Тем более что многостраничные цифровые таблицы и отчёты очень трудно переводить на другие языки, и прежде всего на вьетнамский.

      Видимо, этим придётся заняться мне, так как после поездки по Вьетнаму – от Ханоя к центру страны, Данангу, и от Дананга на юг, к Хошимину – я намерен написать о нём книгу, что и станет, пусть и небольшим, вкладом в создание нового имиджа страны.

      Для осознания эпохального подъёма Азии, как и меры нашего участия в нём, нам потребуется точная оценка каждой из ключевых стран Восточного полушария, в том числе Вьетнама, который становится лидером развития по многим ключевым направлениям.

      И одним из наиболее зримых показателей такого роста, в буквальном смысле этого слова, является новейший вьетнамский небоскрёб Landmark 81, возведённый в 2018 году в крупнейшем городе страны Хошимине, на берегу реки Сайгон. Его высота превысила прежний, филиппинский, рекорд, который удерживали «башни-близнецы» из Куала-Лумпура. Таким образом, вьетнамский небоскрёб стал лидером всей Юго-Восточной Азии, а также 14-м в мировом рейтинге архитектурной высоты, и на него теперь ездят смотреть со всего мира. В том числе, не мог этого не сделать и я, чтобы именно в этой точке в очередной раз зафиксировать ту самую вьетнамскую скорость роста.

      Кстати, внутри, в фундаменте этого технологического гиганта есть лёд, то есть огромная площадка для занятия спортом, в том числе катания на коньках. Да, вьетнамцы учатся кататься на коньках, намереваясь, как я думаю, стать заметной спортивной державой не только в футболе, но и, не побоюсь этого слова, в зимних видах спорта.

      «Катаетесь ли вы на коньках?» – задали мне опрос вьетнамские товарищи, когда мы стояли над этой огромной ледовой ареной, во внутреннем основании Landmark 81. «Да!» – ответил я с нескрываемым удовольствием, как житель далёкой, северной страны, к которой, твёрдо становясь на лёд, Вьетнам стал ещё ближе.

      Напомню, что мы – и Российская Федерация, и Социалистическая Республика Вьетнам – находимся в очень важном для нас историческом периоде, который так же является основанием для старта в наше новое будущее. 2019-2020 годы объявлены периодом празднования 70-летия установления дипломатических отношений между нашими государствами и 25-летия подписания Договора об основах дружественных отношений.

      Поэтому само время, судьба сделали так, чтобы мы использовали эту прекрасную возможность для дальнейшего развития всеобъемлющего стратегического партнёрства РФ-СРВ и содействовали, тем самым, новому возрождению Востока и Азии в геополитическом масштабе.

      http://www.iarex.ru/articles/70927.html

      Энергия и эффективность: сотрудничество России и Вьетнама на подъёме


        a4b31bdaf6jpgРоссии выгодно проявить в Юго-Восточной Азии свой миротворческий опыт и потенциал

        * * *

        Наращивание Россией своего присутствия на Востоке и, в частности, в Юго-Восточной Азии, является не демонстрацией в сторону Запада после рубежного 2014 года, а реальной необходимостью усиления интеграции со странами этого региона, даже требованием времени, как бы ни пафосно это звучало. Хотя ещё совсем недавно кому-то казалось, что Россия намерена переждать в Азии непростые отношения с Евросоюзом и США, чтобы через какое-то время снова вернуться в ту сторону.

        Одним из наиболее ярких и характерных примеров российского укрепления в Азии является наш стратегический партнёр – Вьетнам, с которым реализуется весь комплекс экономических направлений, включая эффективное сотрудничество в области добычи нефти и газа.

        В Азии, безусловно, имеются свои большие проблемы, своя система международных сдержек и противовесов, своя особая конкуренция, не говоря уже о жёсткой территориальной специфике в Южно-Китайском море (ЮКМ) – в буквальном смысле подводных камнях.

        Поэтому российско-вьетнамское сотрудничество на новом историческом этапе выстраивалось нелегко. Однако поставленные задачи постепенно решаются, и сегодня можно сказать, что с помощью надёжных вьетнамских партнёров Россия займёт достойное место в энергетической карте Юго-Восточной Азии, оказывая своим проверенным друзьям эффективную помощь.

        Одним из наиболее убедительных свидетельств таких успехов является официальная благодарность президента РФ Владимира Путина директору блока компании Rosneft Vietnam B.V. Ву Наму Хоангу за заслуги, как отмечается в документе, в развитии топливно-энергетического комплекса. Дочерняя компания «Роснефти» осуществила высокотехнологичное бурение на вьетнамском шельфе, что позволило выйти на новые уровни обеспеченности природным сырьём, что в свою очередь способствовало росту стабильности и безопасности в регионе в целом.

        Таким образом, решена не просто экономическая, а по большому счёту политическая, стратегическая задача, что и отмечено со стороны высшего руководства РФ. С 2016 года, когда на шельфе была пробурена первая разведочная скважина, прошло не так много времени, и вот уже объект выходит на промышленную мощность.

        Российские СМИ при этом отметили, что Москва делает упор на развитие экономического сотрудничества, на снижение конфронтации и многостороннюю интеграцию. Именно такой вектор способен заложить гарантии по снижению взаимного недоверия, а в конечном итоге получению взаимного финансового эффекта. Об этом, в частности, говорилось и на недавней встрече министров иностранных дел Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) в Бангкоке, где нерешённость проблемы ЮКМ оставалась неизбежным фоном дискуссий.

        Присутствие РФ в таких проектах выгодно тем, что она не является участником внутренних региональных конфликтов, таких как в ЮКМ, поэтому может выполнять не только экономические функции, но и миротворческие. При этом Россию нельзя назвать внерегиональной, то есть посторонней для региона державой, так как колоссальная часть территории нашей страны находится в Азии.

        Более того, если внимательно посмотреть на обстановку в зоне бурения шельфов, то Россия является единственным фактором, который способен удержать баланс региональных сил, не допустив скатывания к политической эскалации и безбрежной милитаризации, в том числе с учётом важности функционирования транспортных коммуникаций в зоне ЮКМ и свободы судоходства. Грозным признаком возможной дестабилизации в ЮКМ являются всё чаще поджигаемые здесь корабли, и хорошо ещё, что пока не военные. Большую поддержку в обеспечении стабильности так же оказывает Вьетнам.

        Если говорить ещё проще, то всё более уверенно входящей в Азию России не только не стоит уходить от оценок региональных территориальных конфликтов, но ей даже выгодно реализовать, проявить здесь свой миротворческий опыт и потенциал, что ещё больше усилит её геополитический авторитет. Поиск регионального баланса, несомненно, важен и для Китая, так как без такого противовеса американский военно-морской фактор станет для Пекина большой проблемой.

        Следует понимать, что без урегулирования указанных территориальных проблем между заинтересованными сторонами, никакое поступательное экономическое развитие невозможно в принципе. Рано или поздно такая экономика упрётся в железобетонную стену политики. Поэтому путь постепенного прихода к взаимным компромиссам является единственным выходом из ситуации, которая – развиваясь так, как это происходит сегодня – может вторично запустить в Азии механизм мировой войны.

        В своих подходах РФ неизменно базируется на строгом следовании принципам международного права, Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., Декларации о поведении сторон в Южно-Китайском море и всего корпуса соответствующих документов, а также поддерживает ускорение процесса разработки юридически обязательного Кодекса поведения в ЮКМ.

        При этом Россия понимает, что правильные документы, к сожалению, далеко не всегда способны привести реальную обстановку к идеалу. Именно поэтому речь идёт о том, чтобы документы были подкреплены безусловным, решающим авторитетом тех, кто контролирует их соблюдение и выполнение. Безусловно, Россия таким качеством обладает.

        В этом смысле она могла бы усилить свою роль и престиж в регионе, установив более точные формы сотрудничества с Вьетнамом, так как в противном случае инцидентов с добывающими российскими и вьетнамскими компаниями, работающими в зоне ЮКМ, как это было недавно с «Роснефтью», станет больше.

        Радикальные либералы, в том числе в самой России, постоянно пытаются убедить общество в том, что экономика стоит впереди политики. Однако в реальной практике так не получается. Поэтому без решения основополагающих политических проблем экономика не может развиваться в полной мере. И если мы говорим о наращивании российско-вьетнамского сотрудничества, российского присутствия в Азии в целом, то надо убрать на этом пути те самые подводные камни, которые обойти не удастся.

        Есть надежда, что с такими проверенными временем партнёрами как Вьетнам и другими участниками экономического подъёма Азии имеющиеся проблемы будут решены к взаимной выгоде и пользе. Ещё раз поздравляем наших вьетнамских коллег, всех участников стратегических российско-вьетнамских энергетических проектов с достигнутыми успехами на благо мира и процветания.

        Григорий Трофимчук,

        председатель Экспертного совета Фонда поддержки научных исследований «Мастерская евразийских идей», специально для ИА «Реалист»

        http://realtribune.ru/news/world/2449…

        Россия и Вьетнам: вперед к новым масштабам


          028cde0567Об итогах визита премьер-министра Вьетнама Нгуен Суан Фука в Москву

          Только что состоялся официальный визит в Россию премьер-министра Вьетнама Нгуен Суан Фука, который был приурочен к целому «букету» важных двусторонних дат и событий. Это, прежде всего, 25-летие подписания Договора об основах дружественных отношений между Россией и Вьетнамом, 70-летие установления дипломатических связей, а также открытие перекрёстных Годов культурно-гуманитарного обмена 2019-2020.

          » Читать далее

          ВЕКТОР – ВЬЕТНАМ. К ДАЛЬНЕЙШЕМУ УСИЛЕНИЮ


            Предстоящий визит премьер-министра СРВ Нгуен Суан Фука создаёт предпосылки для нового этапа российско-вьетнамских отношений

            В ближайшее время состоится официальный визит в Россию премьер-министра Вьетнама Нгуен Суан Фука. Руководитель вьетнамского правительства, назначенный на свой высокий пост относительно недавно, в 2016 году, ведёт чрезвычайно активную деятельность, заметно выделяясь даже среди своих иностранных коллег, занимающих аналогичные должности.

            Наверное, по-другому и быть не может, так как и сам Вьетнам с каждым годом набирает всё более высокие темпы работы по всем направлениям международного сотрудничества, не говоря уже о скорости развития самой вьетнамской экономики. Эта же динамика отмечается и во всеобъемлющих стратегических российско-вьетнамских отношениях, которые регулярно выводятся на новую высоту.

            Особенно приятно и важно отметить, что Нгуен Суан Фук прекрасно владеет русским языком, и этот факт так же работает на нашу интеграцию уже на современном историческом этапе.

            Программа визита является чрезвычайно насыщенной. Одним из главных пунктов станет официальное открытие перекрёстных годов Российской Федерации в Социалистической Республике Вьетнам и СРВ в РФ, приуроченное к не менее важному событию – 25-летию подписания Договора об основах дружественных отношений между Россией и Вьетнамом. Общей целью всех мероприятий и намеченных к подписанию документов является дальнейшее развитие российско-вьетнамских отношений.

             

            Напомним, что Вьетнам является далеко не рядовым партнёром России, и не только по причине известной ностальгии – наших исключительных по важности исторических и дружеских связей. Наверное, ещё далеко не все знают – и надеемся, что перекрёстные годы заполнят все остающиеся информационные пробелы, – что для России Вьетнам является единственной страной Юго-Восточной Азии (ЮВА), с которой установлены исключительные, по статусу, партнёрские отношения.

             

            По сути, Вьетнам стал прямой трассой, связывающей Россию со странами АСЕАН – одной из наиболее мощных и активно развивающихся интеграционных групп мира. Интересным историческим фактом является и то, что Россия – это единственная великая держава, которая никогда не имела серьёзных, тем более вооружённых, конфликтов с Вьетнамом.

            А если нам скажут, что произошло это якобы по простой и естественной причине, из-за значительной удалённости России от Вьетнама, то здесь придётся вспомнить, что Франция находится от Вьетнама на ещё более значительном расстоянии, и, тем не менее, даже она умудрилась повоевать с Вьетнамом. Кстати, недавно во Вьетнаме отмечался юбилей этой национальной победы 1954 года, битвы при Дьенбьенфу.

            Именно по этой причине вопросы безопасности в ЮВА, и в целом в Азиатско-Тихоокеанском регионе, выходят сегодня на первый план, так как без таких гарантий поступательное развитие экономики невозможно. Одной из главных проблем в этом смысле остаётся ситуация в Южно-Китайском море (ЮКМ), где до сих пор не урегулированы территориальные вопросы между группой прилегающих к этой огромной акватории стран. Хотя для такого урегулирования созданы все предпосылки, начиная с основополагающей Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., на базе которой должны строиться все мирные инициативы.

            Россия всегда придерживалась неизменной позиции по данной проблеме, основанной на соблюдении всего свода соответствующих законов, с целью дальнейшего укрепления гарантий мира и стабильности, свободы взаимной торговли и транспортных путей. Для этого у России имеются все возможности, с учётом  её авторитета, роли и престижа в этой части мира.

            Проще говоря, позиция Москвы является важным фактором, политическим капиталом, определяющим не только экономическое развитие этого стратегического региона, но и его будущее. И очень хорошо, что своё плечо помощи здесь всегда готов подставить проверенный, надёжный друг – Вьетнам.

            После распада СССР начался новый этап наших двусторонних отношений, когда, с учётом мировой обстановки, перед Москвой и Ханоем встают уже и новые задачи. И динамика эволюции, с разбивкой по возрастающим этапам сотрудничества, прослеживается здесь достаточно чётко.

            С момента подписания и принятия основополагающего Договора (1995-2001) – этап дружеский; с 2001 года – стратегический; а после 2012-го – уже всеобъемлющий стратегический. И вот сегодня, с учётом указанных задач, входящий в программу визита Нгуен Суан Фука, должен начать формироваться ещё более высокий уровень российско-вьетнамской интеграции.

            Стратегическая форма наших взаимоотношений – наиболее естественна для имеющихся уникальных исторических связей. Это позволяет не только сохранять высокие традиции братской дружбы советско-вьетнамского периода, но и максимально успешно наращивать сегодня взаимодействие во всех сферах двустороннего сотрудничества. Причём не только экономического, но и политического, военно-технического, и даже прямо военно-политического.

            Одним из важнейших рубежей на пути постсоветского развития следует считать 2012 год, когда в результате официального визита в Россию тогдашнего президента СРВ Чыонг Тан Шанга стороны достигли исторической договорённости о принципиальном повышении уровня стратегического партнёрства, подписав «Совместное заявление об укреплении отношений всеобъемлющего стратегического партнёрства между Российской Федерацией и Социалистической Республикой Вьетнам».

            Таким образом, Россия стала второй страной, с которой Вьетнам установил отношения принципиально нового для вьетнамской внешнеполитической практики формата.

            Мощные стимулы к развитию обеспечиваются российской стороной, в полной мере понимающей важность российско-вьетнамского сотрудничества – и прежде всего, благодаря инициативам президента РФ Владимира Путина. Поэтому в том же знаковом 2012 году в президентском Указе Вьетнам был назван одним из трёх самых важных, наряду с Китаем и Индией, стратегических партнёров России в Азии.

            Вьетнам, как я уже не раз отмечал ранее, является пионером и в других новых форматах – в частности, став первым участником Зоны свободной торговли Евразийского экономического союза (ЕАЭС), фактически раздвинув границы этого объединения до Юго-Восточной Азии. Можно смело сказать, что благодаря Вьетнаму евразийская интеграция получила абсолютно новое измерение. Нет никаких сомнений, что Вьетнам и дальше будет оставаться примером скорости развития и освоения новых сфер. Такой у страны характер.

            Да и сама мировая – не самая, прямо скажем, спокойная – обстановка, сама жизнь требует от России и Вьетнама не только продолжения, но и усиления тесного дружественного сотрудничества. Разумеется, на взаимовыгодной основе и с учётом мировых реалий, что является безусловной чертой нового периода взаимоотношений, и это тоже важно подчеркнуть.

            Главное, в чём Москва и Ханой проявляют полное единодушие: стратегическое партнёрство должно оставаться основополагающим, базовым фактором взаимоотношений двух государств. В систему новых связей, безусловно, должны входить не только политико-дипломатические и торгово-экономические составляющие, не только военно-техническое сотрудничество, а также взаимодействие в сфере высоких технологий, во всех областях науки, образования, культуры.

            Нет никаких сомнений, что предстоящий визит в РФ премьер-министра Нгуен Суан Фука пройдёт с учётом всех этих задач и обстоятельств, отвечающих коренным целям и интересам народов обеих стран. И что дальнейшее развитие и укрепление всеобъемлющего стратегического партнёрства с СРВ будет являться одним из ключевых векторов российской внешней политики, направленной на обеспечение мира и безопасности, на укрепление позиций России в ЮВА и АТР в целом.

            Григорий Трофимчук - председатель Экспертного совета Фонда поддержки научных исследований «Мастерская евразийских идей»

            1 2 3 97